Ectropion
Forgotten reprise
Известной черно-оранжевой серии «Альтернатива», выходившей в АСТ, креативным директором которой и был Алекс Керви, больше не будет. Нынче Алекс и его Adaptec/T-ough Press заключили союз с небольшим и очень специфическим издателем «Кислород». Западную альтернативу по-прежнему будут переводить и издавать, просто не в таких промышленных масштабах, как в АСТ. И я даже не знаю, хорошо это или плохо. Скорее всего, хорошо. Сейчас объясню почему.


Целенаправленная, продуманная коммерциализация способна убить, обезличить любое явление. Даже любовь. Обязательные шоколадные сердечки на 14 февраля, обязательные чавкающие поцелуи в финале каждой комедии, каждой мелодрамы. да и просто драмы – и все, слово «любовь» вызывает у потребителя устойчивую тошноту. По тому же принципу можно уничтожить любого писателя. Разрекламировать его, превратить в звезду, медийную фигуру, окружить сонмом агентов, занять бесконечными презентациями, выступлениями, пресс-конференциями, автограф-сессиями… Сковать его контрактными обязательствами выдавать раз в год по книге. Снимать по его книгам бездарное кино, в котором не останется и намека на идею оригинального произведения. Показывать его в большом прокате…


Так что пусть уж лучше небольшие издательства, пусть уж лучше ограниченные бюджеты и повышенный интерес читателей. Кажется, это лучший путь для альтернативной литературы.


Аристотель в своей «Поэтике» писал: «Задача поэта – говорить не о действительно случившемся, но о том, что могло бы случиться, следовательно, о возможном – по вероятности или необходимости». Искусство, по Аристотелю, подражает жизни. Отражает реальность, если говорить современным языком. Чем там характеризуется альтернативная литература? Нецензурным языком, обращением к темам алкоголя, наркотиков, ксенофобии, гомофобии, секса и насилия? Это ли не отражение нашей реальности? Это ли не наша история как есть, без прикрас?


Остается, конечно, еще вопрос, какова художественная ценность всех этих альтернативных произведений, но я не критик и судить их не вправе. Потомки разберутся что к чему.